На Венецианском фестивале состоялась премьера фильма Никиты Михалкова “12″ (2007). Проект, который автор хотел осуществить в паузе между съемками “Утомленных солнцем 2″, оказался долгостроем: его ждали несколько лет. Злые языки даже утверждали, что после почти десятилетнего творческого молчания режиссер потерял форму. Фильм это убедительно опроверг: Михалков в хорошей форме, а его фирменный азарт даже умножился. Во всяком случае, мы давно не видели такого парада актерских бенефисов, когда все присутствующие на экране разжигают друг друга, соревнуясь в колоритности и обилии импровизационных придумок. Это уже делает фильм, несмотря на его 2,5-часовую длину, захватывающим.

В общих чертах его сюжет знаком тем, кто смотрел классическую картину Сидни Люмета “12 разгневанных мужчин” /12 Angry Men/ (1957). Присяжные убеждены в виновности подсудимого, и только один сомневается. Он заражает сомнениями коллег, равнодушные прежде люди начинают вникать в ясное, как им казалось, дело, и меняют свои взгляды на противоположные. Смысл обоих фильмов, между которыми полвека, в призыве быть ответственными за свои решения. Смысл этот с годами стал только актуальнее. И время для такого “римейка” приспело — Михалков это почувствовал очень точно. Слово “римейк” ставлю в кавычки: у Люмета заимствован лишь фабульный ход, во всем остальном это настолько другая картина, что сравнивать обе ленты, подсчитывать преимущества и утраты было бы некорректно.

Обвиняют чеченского парня в убийстве приемного отца — русского офицера. Есть свидетели, но дело и без них кажется ясным. Ясность эта сформулирована героем Сергея Гармаша: “Это не люди — выродки!”.

Так в фильме возникает одна из огневых точек современных российских конфликтов: ксенофобия, граничащая с расизмом: парень виновен уже потому, что он чеченец. Против этой расхожей позиции фильм выступает безоговорочно, и режиссер использует все доступные краски, чтобы разуть публике глаза: и чеченский юноша, и его мать, похожая на мадонну, поданы как люди гордые, полные достоинства, для них законы чести превыше всего. В том, как эта тема развивается в картине, много от публицистики. В контексте нынешней России это понятно и уместно: Михалков снял фильм-послание, он хочет вернуть кинематографу способность воздействовать на умонастроения в обществе. Разбирая дело чужого им парня, герои постепенно возвращают себе способность думать, и тогда его судьба начинает возбуждать в них ассоциации с собственными болячками, с тем, что накипело. Каждый словно пробуждается от спячки, каждый пользуется случаем, чтобы излить это накипевшее. Каждому дан свой момент истины, у каждого обнаруживается своя правда. Каждому предоставлена возможность выразить свое кредо, причем вкупе эти личные позиции образуют панораму наиболее популярных умонастроений постсоветского общества. В зале заседания возникает как бы модель вечно бурлящей России, и я не сомневаюсь, что когда картина выйдет на наши экраны, она стронет с места новую лавину ассоциаций, зацепит каждого зрителя и станет предметом жаркого обсуждения. А может, даже сумеет кого-то переубедить, заставит расстаться с предрассудками.

Фильм будет показан в кинотеатре “Современник” с 20 сентября.

Статья Никита Михалков как художник и политик